Архив номеров НиТ

Истоки альтруизма и кооперации

Рубрика журнала:

Номер журнала НиТ: 



Альтруизм и кооперация — два термина, лежащие в основе любого морально-этического кодекса, всех религиозных учений и основ человеческого гуманизма. Но эти понятия, которые традиционно отоже ствляются исключительно с человеком, по сути, присущи всему живому миру, вплоть до одноклеточных. Исследованиями «эволюции души» человека биологи занялись относительно недавно, до этого возникающими вопросами занимались философы и священнослужители. Существовал своеобразный запрет на изучение человека в естественнонаучных рамках. Если часть людей со временем смирились с животной природой нашего тела, то уж никто не хотел признавать животность нашей «души», отбросив божественное начало вида Homo sapiens.Но для биолога альтруизм подразумевает поведение особи, направленное на репродуктивный успех и выживаемость другой особи себе в ущерб. Кооперация же должна включать в себя некий альтруизм, объединение для решения поставленных жизнью задач, где каждый должен чем-то жертвовать.Сколько-нибудь непредвзятому наблюдателю нетяжело заметить альтруизм и в животном мире. Часто птица-мать симулирует из себя подранка, чтобы отвлечь хищника от гнезда.

Муравей, зараженный грибком, чувствуя скорую смерть, покидает муравейник, спасая своих сородичей от подобной участи. Сука выкармливает чужих щенков.Откуда же в природе взялся альтруизм, если в основе естественного отбора лежит эгоизм, направленный на выживание особи любой ценой? Ведь там, где выживает сильнейший, альтруизму нет места. «В один присест сильный слабого съест», — это примитивное представление об отборе времен бородатых заседаний Дарвина на Галапагосских островах. Для всего живого отбор существует на разных уровнях — на уровне видов, популяций, групп, особей и генов. Их не стоит смешивать, следует помнить, что результаты отбора будут фиксироваться только на уровне генов. Поэтому основным уровнем, на который стоит обратить внимание, будет именно уровень генов. Тут уже нет места альтруизму. Если в генофонде появится «ген-альтруист», то его неизбежно ждет исчезновение. Гены по своей природе очень эгоистичны, но интересы отдельного гена часто могут не совпадать с интересами конкретной особи на выживание. Организм несет в себе одну–две копии этих генов, в то время как сами гены присутствуют в генофонде множеством копий. Часто гену выгодно пожертвовать несколькими копиями, заставив их совершить акт альтруизма, для обеспечения преимущества остальным своим копиям в других организмах.Наиболее ярко эту тему осветил англичанин Ричард Докинз в своей книге «Эгоистичный ген», вышедшей в 1976 году и выдержавшей три переиздания.

«На естественный отбор можно смотреть с двух разных точек зрения, — говорит Докинз, — с точки зрения гена и с точки зрения индивидуума. При правильном понимании они равноценны; это два взгляда на одну и ту же истину. Можно перескакивать с одного на другой, но это будет все тот же неодарвинизм.…Человек и все другие животные представляют собой машины, создаваемые генами. Подобно удачливым чикагским гангстерам, наши гены сумели выжить в мире, где царит жесточайшая конкуренция. Это дает нам право ожидать наличия у наших генов определенных качеств. Я утверждаю, что преобладающим качеством преуспевающего гена должен быть безжалостный эгоизм. Генный эгоизм обычно дает начало эгоистичности в поведении индивидуума. Однако, как мы увидим в дальнейшем, при некоторых особых обстоятельствах ген способен лучше всего достигать своих собственных эгоистичных целей, поощряя ограниченную форму альтру изма на уровне индивидуальных животных».Книга Докинза во многом спорная, и дискуссии вокруг нее не утихают по сей день, но она, безусловно, дала мощный толчок развитию научной мысли. Хотя ее едва ли можно назвать революционной в полном смыс ле этого слова. Ранее в эволюционной биологии уже было развито представление о родственном отборе или кин-отборе (англ. Kin selection).