Архив номеров НиТ

Ультиматум Ррипа

Номер журнала: 

Художник Е. Щербак



Мы бездарно продули эту войну. Во-первых, захватчики превосходили нас в техническом плане: об этом, захлебываясь от восторга, сообщала разведка. Во-вторых, их гуманитарный потенциал перекрывал достижения нашей культуры почти что вдвое — если, конечно, такие понятия, как честность, гуманность и благородство, в чем-то измеряются. В-третьих, мы должны были им очень много, столько, что всех ресурсов нашей многострадальной планеты вряд ли хватило бы на оплату процентов. Ни о каком финансовом вливании в едва трепыхающийся флот и позатасканную орбиталку речи не шло. «Эти уроды отказали нам в кредитах, так на какие шиши я отремонтирую им наши корыта?!» — возмущался главком, потирая перстни на пухлых пальцах.

В общем, никакого удовольствия от захвата нашей старушки, я думаю, дчанги не испытали. Вряд ли хоть один из их офицеров получил награду: они ведь слишком честные, чтобы хапать цацки ни за что. Зато наши, сложив знамена после утомительной двухдневной отсидки в бункерах, получили обратно свои посты — уже в рамках наместничества — и в честь такового события нарезали себе ленточек и наштамповали кружочков.

Мы в это время, как самые умные, болтались на орбите, пытаясь не развалить корыто за два часа: надо было продержаться хотя бы пять. Нельзя же тонуть в океане, не выдержав даже первой волны атак. Смешно. Не комильфо. И так на нас пальцем показывают.

Ну и не совсем же мы дураки и долбогномы: прежде чем завопить по дальней связи «Не стреляйте в спасательные боты!!!», мы отчаянно проявляли чудеса храбрости, пытаясь укрыться за развалюхой орбитальной базы. С базы нас поливали отборной бранью, потому что дчанги всё не могли как следует прицелиться в нашу шатающуюся «Трою» и то и дело попадали по силовому полю орбиталки. Ну а вы сами понимаете, какое там поле. В общем, мы еще летали, когда персонал «Непобедимого щита» с воем катапультировался в объятия конц-батальона дчангов.

Ну а мы еще немного подергались в предсмертных конвульсиях: система управления пошла сбоить, и дчанги достали нас только когда догадались включить случайную наводку. Зато когда они догадались, мы влипли в атмосферу и наконец-то смогли дезертировать с поля боя уже после второго попадания.

Остальные представители военно-космических демонстрировали примерно те же чудеса храбрости и разгильдяйства. Говорят, ребята с «Немезиды» вообще упились вусмерть и даже катапультироваться не успели — пришлось со дна доставать. Потом они еще и госпитальные получили и золотые гвоздики в петлицы. Мы, жаль, до такого маневра не додумались, действовали строго по инструкции и на борту ничего крепче восемнадцати градусов не распивали.

Осколки соединения со звучным названием «Армада Империум» еще чуть-чуть поотстреливались, потом флагман «Паллада» вмазался по касательной в третью орбитальную, едва не протаранив по пути «Александра Македонского», и на вторые сутки дчангов забросали срочно мобилизованными новобранцами: говорят, конц-батальонный дчангов поседел, когда ему пришлось как-то размещать все это «мясо», проходящее по ведомостям в качестве абордажных отрядов. Под конец их решили счесть мирным населением и отпустить по домам, пока не сожрали все запасы.

Десятка два новобранцев преждевременно разродилось прямо в камерах для военнопленных, и их слегка недоношенные детишки автоматически получили вожделенное гражданство подлых захватчиков. Потом наш главком объявил о поголовной мобилизации всех способных держать оружие, начиная с трехлетнего возраста. Под новый закон попадали военнообязанные уже не только на седьмом, но и на девятом месяце беременности, и у адмирала дчангов случился инфаркт. Демографические прогнозы обещали перекрыть все цифры незаконной иммиграции, и министр соцобеспечения дчангов прямиком направился в психушку. В это же время на центральные галактические каналы просочилась информация о том, что в камерах для военнопленных содержатся наши бедные дети, и вся галактическая общественность дружно осудила изуверов-дчангов. По одному из каналов передали, что детей будут расстреливать в нарушение всех конвенций. Откуда прошла такая информация, никто потом внятно объяснить не мог, но несколько старших офицеров дчангов пустили себе пулю в лоб.

Наш главком дал пару интервью для центральных каналов и пообещал стоять до конца. Мирный договор, предусматривающий оккупацию планеты, он отверг как наглеж и недостойное предложение. Когда об этом сообщили адмиралу дчангов, пребывающему в палате интенсивной терапии на борту их линкора, адмирал погрузился в кому и, по имеющимся сведениям, больше из нее не выходил. Дчанг Ррип, принявший бразды командования вместо агонизирующего адмирала, в ультимативном порядке потребовал от нашего главкома принять пост наместника, и главком согласился капитулировать.

Этот ультиматум, по которому мы соглашались на позорную оккупацию, получил в учебниках имя бедняги Ррипа, таким образом въехавшего в историю на белом коне. Или вляпавшегося, это как посмотреть.

Ну а потом началась оккупация, и у дчангов начала расти дыра в бюджете. Поскольку мирное население, искренне ненавидя оккупантов, активно осаждало точки сброса гуманитарной помощи. А если ее сбрасывали слишком мало, оголодавшие партизаны шли громить ближайшее здание дчанговой администрации.