Архив номеров НиТ

КОРОЛЬ АРТУР

Номер журнала: 



Лондонский издатель, предваряя вышедшую из его печатни в году 1485 от Рождества Христова и составленную сэром Томасом Мэлори историю о жизни и смерти преславного короля британского Артура, писал так:

«Многие благородные джентельмены сего королевства Англии обращались ко мне и вопрошали снова и многажды, отчего не позабочусь я о составлении и напечатании благородной истории о Святом Гpаале и о славнейшем христианском короле, память о коем должна больше всего почитаться среди нас, англичан. Ибо по всему вселенскому миру известно каждому, что всего на свете было девять лучших и достойнейших мужей, и это: три язычника, три иудея и три мужа-христианина...»

И далее с милой средневековой обстоятельностью перечисляет он эту избранную девятку, «сборную мира», как сказали бы мы с вами: Гектор, герой Трои, Александр Македонский, Цезарь, затем военачальники и цари Ветхого Завета — Иисус Навин, Давид, царь Иерусалима, Иуда Маккавей, наконец — король Артур, Карл Великий, император, и Годфруа Болонский, витязь Первого крестового похода, завоевавшего Иерусалим. Оказывается, «помянутые же благородные джентельмены» убеждали достойного издателя отпечатать жизнеописание короля Артура «скорее, нежели иного кого из тех восьми, поелику он был рожден в пределах этого королевства и здесь был королем и императором, и во всех краях, христианских и языческих, он прославлен и введен в число девяти достойнейших, а из трех мужей-христиан почитается первым. И на французском языке есть много разных и благородных томов о его подвигах... и не только по-французски, но и по-голландски, итальянски, испански и гречески... и на валлийском языке их много... есть также и по-английски, но не все». Итак, наш издатель решился восполнить этот пробел. Уильям Кэкстон, издатель и переводчик, был человек смелый (без смелости не откроешь первую в Англии типографию), однако не безрассудный. Он не позволял себе выпускать планово-убыточных книг, и даже более того, в своей издательской политике делал ставку на бестселлеры. Его, возможно, вовсе не интересовало то, что «Смерть Артура», как озаглавил он книгу Мэлоpи, — один из лучших образцов английской прозы, но зато он имел все основания предполагать, что благодаря одной своей теме книга, во всяком случае, раскупится, — несмотря даже на цену тома, очень немаленькую по тем временам.

Ибо легенда о короле Артуре воистину из тех, свет которых не уходит и популярность вновь и вновь возвращается, и уж тысячу четыреста лет находят в ней люди, как писал о том Кэкстон, «благородство, изысканность, человеколюбие, дружество, храбрость, любовь, доброжелательность, трусость, убийства, ненависть, добродетель и грех».

Тысячу четыреста, поскольку рождение легенды приходится на шестой век после Рождества Христова, дни столь седой старины, что, по словам Марка Твена, «даже Лактанция тогда еще могли называть недавно почившим Лактанцием». Кстати, тогда и Западную Римскую империю тоже могли называть недавно почившей Империей. Пророк Мухаммед не выехал еще из ворот Медины, по Европе все еще бродила тень Аттилы, на руинах империи юные варварские королевства упоенно грызлись между собою, а где-то во Фpанконии певцы-шпильманы уже скандировали строки повести о Нибелунгах. Но этот пропахший кровью, железом и кожей германский мир, простодушный, могучий и невежественный, подобно Зигфpиду, взращенному карликом в диком лесу, к истории нашей имеет лишь косвенное отношение. В артуровской легенде он выступает исключительно как внешний, грозный, чуждый элемент — захватчики, с коими нужно бороться, дикари, от коих нужно оборонять свою веру и культуру.